Город Между Мирами

Как у ведьмы четыре крыла, платье до пола, ой, до пола.
Свили гнезда в ее рукавах совы, соколы да перепела.
Ай, дурная голова, в волосах листва, и руки красны.
Просит беса незрячей луны, чтобы за зимой не было весны.

Припев:
Эй-эй, пока еще жива...
Эй-эй, пока горит трава...
Эй-эй, огонь тебе к лицу...
Танцуй, ведьма, танцуй!

Там, где ведьма, там жито не свячено, кони не подкованы.
Прахом пусть улетает, бродячая, во четыре, ой, стороны!
Как завертит суховеем танец смерти, что иных древней,
Ведьма спляшет, а с верою нашей не справиться да не сладить ей.

Припев

Напейся пьяною нашего гнева.
Танцуй! Сегодня ты королева!
Пусть хмель и корица, и змей, и лисица
На первой зарнице прославят сестрицу —
Аллилуйя Огненной Деве!

Как у ведьмы четыре крыла, а и за плечами воздух дрожит.
Нынче ей полыхать синим пламенем, как она горела во лжи.
Нет предела милости огня, и Господь помилует нас,
Чтобы рожь высока родилась, чтобы за зимой вновь была весна.

Припев

—А если бы он вернулся опять,
что ему я сказать бы могла?
—Что я ждала, я хотела ждать,
пока не умерла.
— А если б он заговорил со мной,
не узнав моего лица?
— Вы стать могли бы ему сестрой,
он, наверно, страдает сам.

—А если он спросит, где Вы, тогда
какие нужны слова?
— Отдайте мое золотое кольцо,
и не нужны никакие слова.
— А если бы он спросил, почему
Ваш дом опустел теперь?
— Погасший очаг покажите ему,
открытую настежь дверь.

—Тогда спросить бы ему осталось
о Вашем последнем дне.
— Скажите, скажите, что я улыбалась,
чтоб не плакал он обо мне.
— А если бы он вернулся опять,
что б ему я сказать могла?
—Что я ждала, я хотела ждать,
пока не умерла...

Послушай, похоже, опять нашла меня беда,
Я ее отвести не сумела.
Ты знаешь, меня заливает песня, как вода,
Сквозь перила ажурные тела.

Неважно, крыло ли из арфы, арфа ли из крыла,
Песня тянет ночами суставы.
Она солона, точно кровь, и так тепла,
И в покое меня не оставит.

Припев:
Нет покоя днем, не уснуть мне ночью,
Я превращаюсь в дикий сад,
Где по венам да по позвоночнику
Вьется песня-виноград.
Зелены мои дни, белы мои ночи,
И пахнет травами сладкий яд,
Где по венам да по позвоночнику
Вьется песня-виноград,
Пряжу тянет шелкопряд.

Она просыпается в объятиях чужих,
Без стыда притворяется мною;
Она оторвется и взлетит, но, чтобы жить,
Заберет мою душу с собою.
Припев

Обернули жемчужины шею
В три ряда, в три ряда.
Говорил—«Ты будешь моей или ничьею
Никогда, никогда...»

Ты был львом и оленем, ты из гордого племени,
Живущего там, у небесной черты,
Где ночи крылаты, а кони косматы,
И из мужчин — всех доблестней ты.

Из ладони просыпались пылью,
Потерялись в камнях
Все слова, что тебе говорили
Про меня, про меня,

Что у меня теплые плечи, и гордые речи,
И колючие свечи в темноте высоко.
Моя верность хранится там, где пляшут зарницы
Как бы ты ни стремился — не достанешь рукой.

Я спущу на воду венок со свечою
Так легко, так легко,
Чтобы плыл по ручьям-полыньям за тобою
Далеко, далеко.

В полыньях среди туч чтоб светил он
Высоко, высоко
В том краю, куда я тебя отпустила
Далеко, далеко.

Где ночи крылаты, где кони косматы,
Где щиты, мечи и латы, словно песни, звенят,
Корабли под парусами, под павлиньими хвостами,
И ведьмы нежнее и краше меня.

У них теплые плечи и дерзкие речи,
Посмотри, как тают свечи в темноте высоко,
Где кони крылаты, а ветры косматы —
Это все далеко, далеко, далеко!

Kак клинки, режут небо крылья.
Улетать—только если к морю,
Золотою дорожной пылью
Покрывая мечты и волю.

Махаоны парят над миром,
Лето в душу неслышно входит,
В сердце старая моя лира
Пробуждает родник мелодий.

И не надо о снах и вере,
О клинке, за спиной хранимом
Ветер смоет мои потери,
Даст твое позабыть мне имя...

До свидания, чуждый странник,
До свидания в мире третьем.
Махаоны летят на запад,
Если дует с востока ветер.

Если жемчуг в моей ладони,
Если бьются о сердце волны,
Если ты меня тоже понял,
Забывай меня и не вспомни!

Уходи по своей дороге,
Там железо с сандалом вместе —
Все твое, а мои — лишь крохи,
Недопетая чья-то песня.

Уходи, уходи, ты слышишь,
Золотой невесомой песней,
Дай забыть и лететь мне выше,
От любви от больной воскреснув.

И не надо о снах и вере,
О клинке, за спиной хранимом,
Ветер смоет мои потери,
Даст твое позабыть мне имя...

Master of the Wind(Manowar)

In the silence of the darkness
When all are fast asleep
I live inside a dream calling to your spirit
As a sail calls the wind, hear the angel sing

Far beyond the sun across the western sky
Reach into the blackness find a silver line
In a voice I whisper a candle in the night
We'll carry all our dreams on a single beam of light

Close your eyes, look into the dream
Winds of change will winds of fortune bring

Fly away to a rainbow in the sky
Gold is at the end for each of us to find
There the road begins where another one will end
Here the four winds know who will break and who will bend
All to be the master of the wind

Falling stars now light my way
My life was written on the wind
Clouds above, clouds below
High ascend the dream within

When the wind fills the sky the clouds will move aside
And there will be the road to all our dreams
For any day that stings two better days it brings
Nothing is as bad as it seems

Close your eyes, look into the dream
Winds of change will winds of fortune bring

Fly away to a rainbow in the sky
Gold is at the end for each of us to find
There the road begins where another one will end
Here the four winds know who will break and who will bend
All to be the master of the wind

Сэр Джон Бэксворд собирал в поход
Тысячу уэльских стрелков.
Сэр Джон Бэксворд был толстым, как кот,
А конь его был без подков.
Сэр Джон Бэксворд пил шотландский эль
И к вечеру сильно устал.
Он упал под ель, как-будто в постель,
И там до Пасхи проспал.

Айлэ, айлэ, как-будто в постель,
И там до Пасхи проспал.

Так налей, налей еще по одной,
С утра я вечно больной...

Король Эдуард четырнадцать дней
Ждет Бэксворда отряд.
Десять тысяч копий и столько ж коней
Не пьют, не едят и не спят.
Король Эдуард восьмого гонца
Вешает на суку,
Но Бэксворда нет, и вид мертвеца
Нагоняет на войско тоску.

Айлэ, айлэ, и вид мертвеца
Нагоняет на войско тоску.
Король Эдуард утвердил приговор
И вышел, гневен с лица.
"Сэр Джон Бэксворд - изменник и вор,
И плаха ждет подлеца!"
А Бэксворд под елью спит на траве,
И шлем у его плеча.
И не ведает, что по его голове
Плачет топор палача.

Айлэ, айлэ, по его голове
Плачет топор палача.

Лорд-канцлер Кромвель с войском спешит
К месту, где спит Бэксворд.
Королевский приказ к уздечке пришит
У каждой из конских морд.
Войско идет, кончается год,
В Лондоне войска все нет.
А французский флот переплыл Ла-Манш
И занял цветущий Кент.

Айлэ, айлэ, переплыл Ла-Манш
И занял цветущий Кент.

Сэр Джон Бэксворд сидит в кандалах,
Спиной опершись на ель.
А войско гуляет в валлийских лугах
И пьет бэксвордовский эль.
Лорд-канцлер Кромвель в Лондон спешит
С мешком у луки седла.
А круглый предмет, что в мешке зашит, -
голова Бэксворда, ха-ха!

Айлэ, айлэ, что в мешке зашит, -
голова Бэксворда, ха-ха!

Король Эдуард в Париж привезен,
В железный ошейник одет.
А все потому, что в войске его
Джона Бэксворда нет.
А все потому, что забыл король
Присказки древней слова:
"Покуда пьет английский народ - Англия будет жива!"
И покуда пьет французский народ - Франция будет жива!
И покуда пьет испанский народ - Испания будет жива!
И покуда пьет российский народ - планета будет жива!

Так налей, налей еще по одной,
С утра я вечно больной.
И еще, и еще, и еще по одной,
Пусть буду я вечно больной...
и вечно хмельной!