Город Между Мирами

Ты только посмотри на дождь,
На капли света на стекле,
На свет дрожащих фонарей,
На тротуара гладкий воск.
Ты только посмотри на дождь!
О, Боже, как к лицу тебе
Холодный свет пустых дворов,
Моя любовь.

Под шелест тает тишина,
И дверью хлопает подъезд,
Нам не собрать всех этих капель
За всю жизнь
С тобой оплачены сполна
Ночным дождем, и этот бред -
Узкий карниз зове взлететь,
Бежим скорей!

Сегодня город пуст для нас,
Сегодня нам играет джаз
Безусый мальчик
На покатых скатах крыш.
О, только бы не опоздать,
Пока не перестал играть
Этот с причудливыми
Крыльями малыш.

А мы спешили, как могли.
Но город полнится людьми,
И за углом трамвайный
Слышится звонок.
Холодных губ не отогреть,
С лица обиды не стереть,
И его лунный саксофон
Уже промок.

Третью неделю плохая погода:
Ветер штурмует простуженный город.
Серые зонтики, серые лица,
В вихре дождя потонула столица.
Белые ангелы, мокрые перья,
Я им особенно тоже не верю.
Осень колотится в мокрые крыши,
Мы улетаем все выше и выше.

Припев:
Под шум слез мокрых крыш
Скорей спи, мой малыш.
Раз мы можем летать
Добрым Архангелам нас не догнать.

То, что мы пели не сложно увидеть,
Мы никого не хотели обидеть.
Страх инквизиций придумали люди,
Эти костры – следы наших иллюзий.
Видишь: в дали полыхают пожары,
В лужах – кусочки разбитой гитары.
Добрые ангелы, белые перья...
Сладко поют, но, мой мальчик, не верь им.

Пр.
Темный подвал и железные двери –
Срезать нам крылья за то, что мы пели.
Грустные лица на красные морды.
Чистый билет – за стихи и аккорды.
Круговороты на улицах старых,
Небом Москва заливает пожары.
Нас загоняют на скользкие крыши,
А мы поем, и взлетаем все выше.

Последний романтик кривых переулков
Реальный вернуть позабытую осень,
Выходит походкою арочной, гулкой,
Но он не прикажет, и он не попросит.
Он просто посмотрит в свинцовое небо.
Он просто вздохнет, обожжет его взглядом.
Но где б не ходил бы он, где бы он не был,
Я знаю, всегда он окажется рядом.

Я буду искать в тишине подворотен.
Я буду бежать как собака по следу.
Но он растворится и станет бесплотен,
А я буду плакать в притихшее небо.
Он будет играть и трепать мои кудри,
И он будет рядом, а я не замечу.
И кленом из листьев осенних припудрит
Асфальт-тротуар и последнюю встречу.

А я буду снова метаться и плакать.
Я буду искать, позабыв про усталость.
И пусть мне мешают погода и слякоть,
Ведь больше таких чудаков не осталось:
Кто любит до смерти, не в первое утро.
Кто будет рыдать от минутной потери.
Кто ищет любви и для сердца приюта.
И кто не найдет. Но кто все-таки верит.

Под твои медные струны танцуют души
Тех, кто слышал, как ты поешь.
Еще одно сердце попросит остаться,
Хотя точно знает, что ты уйдешь.
До дыр затерт на карте известный маршрут,
Но за “собаку” теперь надо платить.
Нас здесь не ждали, нас вообще нигде не ждут,
Но мы пришли, как же нам теперь быть?

Ты в Е-бург, а я в Петербург,
Опять не совпало, прости.
Две такие ошибки на одну природу,
Это будет слишком круто, пойми.

У тебя впереди только пыль и песок,
И дорог раскаленный асфальт.
У тебя позади недопитый портвейн,
Душный флэт, многолюдный Арбат.
У меня впереди темный лес, светлый луг,
И букет фестивальных костров.
У меня позади звон струны, тишина,
Одиночество темных дворов.

Звук флейты напомнит опять
Твой взгляд из окладов икон.
Автостопом до Вудстока не доехать,
Но придуркам везет, и мы все же рискнем

Кто-то скажет, что феньки – это пошло,
Рок-н-ролл давно мертв, а ты просто дурак.
Не спеши забривать хаера,
Или бить ему фейс, может в чем-то он прав.
Снова стопишь попутку до следующей точки,
Хит недели: “Сейчас отосплюсь”.
И усталый шофер, он не спал по три ночи,
И в кабине опять Драйвер-блюз.

Не верь в повороты пути,
Не верь в доброту дураков,
И если Рок-н-ролл мерить не длинной хаеров,
Тогда длинной неизвестных дорог.

Последние листья. Последняя осень. Последняя кровь.
Последний бегущий, и серая шерсть попадает в прицел,
Вороны взметнуться, и в приступе боли почудится вновь,
Как был ты волчонком, который кусаться еще не умел.
И взвыть бы «за что?», но ты знаешь, что к хищникам жалости нет
Не в дебрях лесных, ни в бетонных коробках больших городов.
Но только одно тебя сможет заставить забыть этот свет:
Пока тебя ищут, волчата уходят тропою волков.

А через каких-то пол года над миром настанет апрель,
Холодные реки, проснувшись, покинут свои берега,
И новый вожак будет чуточку грустно глядеть в колыбель,
И новая песня взовьется к луне, пронизав облака.
И кажется странным, что смертные души, плюя на запрет,
Оденутся в серые шкуры, с набором когтей и клыков.
И только одно тебя сможет заставить забыть этот свет:
Забыв о покое, волчата уходят тропою волков.

Вот лай позади, и сентябрь паленою шерстю запах,
Смешались часы и минуты, охотники что-то кричат…
И ты улыбнешься, на память оставив оскал на клыках,
С тоскою в последний раз вспомнив своих непослушных волчат.
Ведь волчьи тропы по волчьи же мастерски путают след:
Один раз наступишь, и в жилах заплещется хищная кровь…
И бравый охотник склонился над трупом. Тебя больше нет.
Минута молчанья – волчата уходят тропою волков.

Из каменных стен одинокой квартиры,
Из плена, как будто объехав пол мира,
Привычно забросив за спину гитару
Плыву по знакомым рукам тротуаров.
По венам дворов поколений прожитых,
По лицам проспектов, дождями омытых,
И где-то на грани прошедшего лета
Звучит над Москвою арбатская флейта.

Как трасса от неба до грязного пола,
Симфония памяти жертв рок-н-ролла,
Жестокая тяжесть прожитых ошибок,
И соло на горлышках битых бутылок.
Мелодия с грацией чаек над морем,
Желание жизни сжимает до боли,
И веру в любовь, и надежду на лето –
Арбатская флейта, арбатская флейта…

Открытые раны – закрытые двери,
Узнать и заплакать, и просто поверить,
В спектакль, разыгранный, будто по нотам,
Уснуть на широких плечах подворотен.
Когда же вороны допьют мою душу,
Останется только остаться, и слушать,
Заставит дышать, встрепенуться, поверить,
Арбатская флейта, арбатская флейта.

Я раскрою двери,
Я развею косы.
Я тебе не верю,
Что ж ты мой хороший
Мнешься на пороге,
Подойти боишься?
Отдохни с дороги –
Я же не убийца.

Будет печь топиться
И стучаться мошки,
Мышь в углу возиться –
Жалко нету кошки.
Будет луч багряным,
Будут споры сборы,
Я ж не сплю, любимый,
Что ж ты хуже вора…

Я тебе не верю,
Я тебя не знаю,
Уходи, захлопни двери –
Мухи налетают.
Вся душа открыта,
Ох, дурак, не верь мне,
Цокают копыта…
Милый, да я же ведьма.

Будет жарка сеча,
Будешь биться смело,
Слышишь – крикнет кречет –
Посмотри на небо.
Я тебя прикрою,
Я тебе не верю,
Ты уже не вспомнишь,
Чьи захлопнул двери.
Ты меня встречаешь
Где б ты был иль не был,
Я тебя прощаю,
Я – твоя победа…

Я раскрою двери,
Я развею косы,
Я тебе не верю…
Ты меня не помнишь…